«Грозовой перевал»: как создавали интерьеры для новой экранизации с Марго Робби

Новая экранизация «Грозового перевала» вызывает бурное обсуждение. Зрителей привлекает не только звездный актерский состав во главе с Марго Робби, но и уникальная атмосфера фильма. Здесь пространство не просто фон, а важный элемент сюжета, который буквально давит на зрителя.

Режиссер Эмеральд Феннелл дала художнице-постановщице Сьюзи Дэвис карт-бланш. Историческая точность не стала главным ориентиром. Важнее оказались эмоции. Декорации строили так, чтобы они усиливали напряжение и работали на чувства, а не на музейную достоверность.

Усадьба Грозовой перевал выглядит тревожно уже на уровне геометрии. В оформлении использовали нечетные числа: окна объединены по три, пять, семь и вытянуты по горизонтали. Сам дом стоит под небольшим наклоном. Глаз не находит опоры, и это ощущается почти физически.  

Цветовая палитра предельно сдержанная: черный, белый, красный, оттенки земли. Внутри много влаги. В потолке смонтировали систему дождя, поэтому вода стекает по стенам и пропитывает пол. Камины при этом горят настоящим огнем, для них провели отдельную вентиляцию. Поверхности отражают свет, фасад отделан блестящей плиткой. В кадре постоянно чувствуется сырость, как будто холод пробирается под кожу.

Даже кухня работает на образ ловушки. Потолок сделали ниже роста Джейкоба Элорди. Актер не мог полностью выпрямиться. Его герой буквально упирается в пространство, которое не дает свободы.  

В гостиной висит картина с семью смертными грехами. Полотно видно не целиком, детали прячутся в тени. Зритель замечает новые фрагменты только при повторном просмотре.

Второе ключевое пространство — Трашкросс-Грейндж. Этот особняк выглядит как антипод мрачной усадьбы. Яркие краски, сложные текстуры, ощущение избытка. Дом выкрашен в насыщенный синий цвет и резко выделяется на фоне пустошей. Он кажется чужим этому ландшафту, будто случайно оказался не на своем месте.  

Один из центральных образов — кукольный домик. Сначала он существовал как небольшой объект в сценарии, затем его масштабировали до полноразмерных интерьеров. В итоге возникает странный эффект: персонажи выглядят слишком маленькими внутри роскошных залов. Пространство подавляет, хотя внешне все кажется красивым.

В спальне Катрин появляется так называемая «кожаная комната». Для отделки использовали ткань с напечатанным изображением руки Марго Робби, покрытую латексом. На панелях видны вены, родинки, веснушки. Каждая деталь уникальна. В декоре туалетного столика и балдахина присутствуют светлые пряди волос. Это одновременно притягивает и вызывает дискомфорт.  

Тема тела продолжается в других элементах. В доме сотни гипсовых рук. Они превращены в подсвечники, встроены в камин, появляются в потолочных розетках. Этот мотив связан с властью и контролем, а также с чувственностью героев.

В саду плавают золотые рыбки в прозрачных вазах. В столовой стоит тот самый кукольный домик. Миниатюрные игрушки Изабеллы Линтон подчеркивают наивность и внутреннюю незрелость персонажей.

Новая экранизация «Грозового перевала» напоминает, что дом способен быть страшнее любого злодея. Стены, потолки и предметы интерьера здесь играют ключевую роль, влияя на характеры героев не меньше, чем сценарий. После просмотра возникает ощущение, что настоящая драма разворачивается не только между персонажами, но и внутри самого пространства, которое их окружает.